Чингисхан и казахская родословная

Главная » Рефераты на русском » Чингисхан и казахская родословная

В 1991 году была опубликована книга «Шежіре (қазақтың ру-тайпалық құрылымы)», т.е. «Родословная (родо-племенные образования казахов)», составленная на основе летописных исследований Шакарима Кудайбердиева и Мухамеджана Тынышбаева. В книге последовательно приведены родословные Старшего жуза («Ұлы жүз»), Среднего жуза («Орта жүз») и Младшего жуза («Кіші жүз»). В данном случае понятие «жүз» означает «разновидность» и призвано отразить тот исторический факт, что три казахских жуза – это потомки трех различных союзов племен. В Старший жуз вошли племена, которые Чингисхан ввел в состав Серой орды («Боз орда – Болат орда»), в Средний жуз – племена, введенные каганом в состав Синей орды («Көк орда – Күміс орда»), и, наконец, Младший жуз состоит из племен, которые при жизни Чингисхана были введены в состав Белой орды («Ақ орда – Алтын орда»).

Чингисхан не случайно называл Серую орду «Ақ ар ісі» (звучит как «Ақарыс»), Синюю орду – «Жан ар ісі» («Жанарыс»), а Золотую орду – «Бек ар ісі» («Бегарыс»). Для него понятие «ар ісі», как отмечалось выше, было жизненное кредо. Эренжен Хара-Даван подчеркивал, что Чингисхан ценил людей, которые «дорожили честью и достоинством своим более, чем достатком, общественным положением или самой жизнью». Эту яркую особенность Чингисхана замечательно сформулировали российские авторы Юлия и Юрий Мизун в книге «Ханы и князья. Золотая орда и русские княжества»: «Чингисхан был великим, мудрым организатором. Чингисхан умел находить исполнителей своих замыслов и идей. К ним он предъяв­лял четкие требования. Больше всего он ценил и поощрял верность, преданность и стойкость. Больше всего он презирал измену, преда­тельство и трусость. Всех людей Чингисхан делил на две категории. Для людей одного типа материальное благополучие и безопасность выше их личного достоинства. Эти люди способны на измену. По сути своей они были трусами. Такие люди подчиняются своим начальни­кам (господам) только потому, что боятся начальника. Они знают, что он способен лишить их благополучия или даже жизни. Такие люди трепещут перед силой своих начальников. За своим начальни­ком (господином) они ничего не видят. Они, по сути, подчиняются не своему начальнику, а своему страху. Поэтому неудивительно, что та­кие люди легко предают своего господина. Предавая своего началь­ника (господина), такие люди думают об освобождении от того, кто над ними властвует. Предают они из страха или материальной вы­годы. Такие люди всегда остаются рабами своего страха, своей при­вязанности к материальному благополучию. Это натуры низменные, подлые, по существу рабские. Таких людей Чингисхан не только пре­зирал, но и беспощадно уничтожал.

Чингисхан за свою жизнь низложил немало людей, князей и пра­вителей. Практически всегда в окружении этих правителей были (в немалом количестве) изменники и предатели. Они предавали своего господина, думая при этом получить личную выгоду. Но ни одного из этих предателей Чингисхан не вознаградил, хотя они и способствовали его победе. Более того, каждый раз после победы над тем или другим правителем Чингисхан отдавал распоряжение казнить всех тех вельмож и приближенных, которые предали сво­его господина. Такие пособники с рабской психологией были не нужны Чингисхану.

.

В то же время, после завоевания каждого нового царства или княжества, Чингисхан награждал и приближал к себе тех, кто оста­вался верным своему бывшему правителю и оказывал достойное сопротивление Чингисхану. Эти люди доказывали, что они принад­лежат к тому типу людей, на которых Чингисхан и строил свою госу­дарственную систему. Эти люди на деле доказывали свою верность и стойкость. Такие люди ставят свою честь и достоинство выше сво­ей безопасности и материального благополучия. Эти люди боятся не человека (начальника), который может отнять их жизнь или ма­териальные блага. Больше всего они боятся совершить поступок, который может их обесчестить и умалить их достоинство. Они боят­ся умалить свое достоинство прежде всего в своих собственных гла­зах. А это для них страшнее смерти. Чингисхан страхом и материальным благополучием держал в руках людей первого типа, людей рабской психологии к управлению государством не подпускал.

Правили страной люди второго психологического типа. Они были организованы в стройную иерархическую систему, на высшей ступе­ни которой находился сам Чингисхан. Они преклонялись перед ним не из-за страха, а из-за понимания того, что он воплощал их собствен­ный идеал. Чингисхан считал, что только среди кочевников больше всего людей, на которых он мог положиться. Жизнь в городах способству­ет размыванию человеческих идеалов, и большая часть горожан от­носится к первому типу. Собственно, это в полной мере справедливо и сейчас. Люди от сохи, от земли чаще остаются честными, чистыми, жертвенными и даже более талантливыми. У кочевнической аристократии времен Чингисхана положитель­ные качества (верность, храбрость, честность) усиливались родовы­ми традициями, живым чувством не только личной, но и фамильной чести, сознанием ответственности перед предками и потомками. Поэтому Чингисхан создавал свою военно-административную систе­му именно из кочевников…

Сословная принадлежность не была решающим фактором при подборе исполнителей. На высокие посты военачаль­ников Чингисхан нередко назначал представителей самых захудалых родов. Среди них были и прежние пастухи. Для Чингисхана, для дела важно было одно — профессиональная пригодность и принад­лежность ко второму психологическому типу, типу верных, способ­ных и честных людей. Чингисхан понимал, как города портят людей, их психологию. Он заповедовал своим потомкам оставаться кочевниками, чтобы не стать людьми низменными, людьми рабской психологии. Но исто­рия распорядилась по-иному — империя Чингисхана развалилась именно потому, что все большее и большее число граждан стано­вились рабами богатства и власти. Они и погубили детище ве­ликого Чингисхана.

Таким образом, Чингисхан считал, что власть правителя должна опираться не на какое-либо господствующее сословие, не на какую-нибудь правящую нацию и не на какую-либо определенную офици­альную религию, а на определенный психологический тип людей. На практике это значило, что высшие посты занимали не только арис­тократы, но и выходцы из низших слоев народа. Правители принад­лежали не к одному народу, а к разным монгольским и тюрко-татарским племенам. Они исповедовали разные религии. Важно было только одно — чтобы они были государственниками, а не заботи­лись лишь о собственном благополучии».

Лучше не скажешь! В приведенном выше отрывке из книги супругов Мизун прекрасно изложена древняя идеология «ар-ісі» (дело чести, благордная сущность, арийство), которую исповедовал Чингисхан. А поскольку у тюрко-монголов белый цвет символизировал чистоту помыслов, праведность и справедливость, то понятие «ақ» в приставке к «ар-іс» означало приверженность истине-справедливости, истине-праведности. «Жан ар іс» подразумевало приоритет духовного творческого начала, прежде всего – музыки и поэзии, углубляющих «сезім» (чувственное познание мира). Золотой (Белой) орде Чингисхан завещал всегда сохранять верность принципу «Бек ар іс» («Прочное дело чести»), который провозглашал приверженность героическому духу предков, военному делу, военному искусству, военному братству (62).

В «Сокровенном сказании монголов» приведены фрагменты речи, с которой Чингисхан выступил на курултае в 1206 году. В частности, он объявил, что старец «Үйсін» возводится в сан «беки», т.е. верховного бия (общественного судьи) всего народа. Казахи говорят не «беки», а «бекір» («судья окончательного вердикта») или «Төбе би» («вершинный би»). По казахским народным преданиям, в 1227 году Чингисхан собрал на горе «Найман-Күре» 90 своих ближайших соратников ноянов (князей-воевод), в связи с назначением ханами своих внуков Орду, Батыя и Сибана (Шейбана). Эта гора в настоящее время называется «Шыңғыс-тау» и расположена на территории современной Восточно-Казахстанской области. Так она названа в честь собрания («жиын»), которое провёл Чингисхан в Сары-Арке. На собрании он объявил, что отныне эль (народ) Серой (булатной) орды будет называться «Үйсін» по имени Верховного судьи, Тобе‑бия, который одновременно имел сан нояна. Ураном Серой орды будет «Салауат». Поскольку в те времена Верховным бием Синей орды был ноян «Құнан», то Чингисхан провозгласил, что эль Синей орды будет называться «Құнан»», а ураном Синей орды будет «Қоңырат». Эль Золотой орды он назвал «Алшын» по имени Верховного бия этой орды. Алшын был зятем Чингисхана, и поэтому его звали «Алшын-көреген». Ураном Золотой орды, по указанию Чингисхана, стал боевой клич «Адай».

Характерно, что казахи Старшего жуза до сих пор называют себя собирательным именем «Үйсін», а казахи Младшего жуза – собирательным именем «Алшын», а порой – «Адай». Только лишь казахи Среднего жуза не сохранили собирательное название «Құнан» и собирательный призывный клич «Қоңырат». На это были свои причины, которые будут указаны ниже.

С 1206 года все племена (тайпы или уты) и родовые общины (ру) должны были носить имена ноянов и «қор-жиюши» (хорунжих) Чингисхана. Понятие «қор-жиюши» в содержательном смысле переводится как «собиратель и смотритель за богатствами, казначей».

.

У Уйсын-Тобе‑бия, как отмечалось в предисловии, было четыре сына, и вся родословная Старшего жуза казахов, по существу, является родословной их прямых потомков по мужской линии. О его сыне по имени «Майқы», ставшего великим бием, философом и языкотворцем, писалось выше, в предисловии. Сын Уйсына «Мүкрейіл» был назначен Чингисханом старшиной племени «Жалайыр» и прозван «Екінші Жалайыр». В родословную казахов он вошел под именем «Жалайыр». Командуя группой монгольских войск в Китае, он получил от Чингисхана китайское звание «го-ван» (63) и вошел в мировую историю под именем «Мухали-Гован». «Сокровенное сказание» было переведено с китайского языка, на котором невозможно написать точно имя «Мүкрейіл», поэтому историки, по ставшей уже традиционной китайской транскрипции, говорят и пишут «Мухали». Третьим прославленным сыном Уйсын-Тобе‑бия был «Қойілдір». Он был назначен старшиной рода «Маңғыт» и командовал тысячным ополчением («мың қол») мангытовцев. В «Сокровенном сказании» его имя переведено как «Хуилдар» в списке 95 ноянов Чингисхана. В этом же списке указан и его сын «Қатаған» («Хадаан»). Еще один сын Уйсына – «Қоғам» также пользуется большой славой в памяти казахского народа. Но его имя не вошло в «Сокровенное сказание», поскольку он не был боевым командиром, а отвечал за богатство и процветание всей Булатной орды. Он имел звание «қор-жиюши», т.е. казначея и, одновременно, начальника тылового обеспечения в войске Мухали-Гована.

Пример того, как современные казахи должны пользоваться «Шежіре», чтобы узнать имена своих предков до момента создания казахами своей государственности в 1467-1468 гг., подал Динмухаммед Кунаев в своей книге «Ақиқаттан аттауға болмайды» («Недопустимо искажать истину»). Свою родословную он начинает с Байдибек‑бия, потомка Майкы‑бия. Сыном Майкы был Бактияр, сыном Бактияра – Уйсын Второй, сыном Уйсына Второго – Аксакал, сыном Аксакала – Караша‑бий. Старшим сыном Караша‑бия был Байдибек‑бий, один из основоположников идеи возрождения казахской государственности «Алаш».

Как подчеркивалось выше, в отличие от Старшего и Младшего жузов Средний жуз не сохранил в своем названии имя «Құнан», которым Чингисхан называл весь эль Синей орды. Причиной этого обстоятельства послужило решение тайпа-аксакала (старшины) племени «Қыпшақ» (Кипчак), легендарного полководца батыра «Қобыланды». Он отказался принять для всего Среднего жуза собирательное название «Құнан» на курултае тайпа-аксакалов, состоявшемся в середине 15 века и посвященном проблеме единства Среднего жуза. Кобланды-батыр обосновывал свой отказ тем, что выдающимися ноянами Чингисхана были не только аргыны, в лице Кунана и его братьев («Атығай», «Қоргасын», «Жүніс», «Бала», «Өрі-Нартай», «Марал»), но также и кипчаки – «Қара-шора», «Қытай», «Құлан», «Торы-буқа», «Құршақұс», «Кейкі» (64).

В 1227 году на горе «Шыңғыстау» Чингисхан распорядился, чтобы все кипчаки отныне были разделены на 4 ветви («баұ») и носили имена ноянов: «Қара-шора», «Қытай», «Құлан», и «Торы-буқа». С того времени кипчаки ведут свою родословную от этих ноянов Чингисхана и их рода («ру») именуются «Қара-қыпшақ», «Қытай-қыпшақ», «Құлан-қыпшақ» и «Торы-қыпшақ». Сам «Қобыланды» принадлежал к ветви «Қара-қыпшақ», но, в связи со своими полководческими заслугами, был признан тайпа-аксакалом (старшиной племени) всех кипчаков. Поэтому он горячо отстаивал свое мнение о том, что для Среднего жуза название «Қыпшақ» столь же правомерно, как и «Құнан». Ему удалось убедить старшин племен «Керей», «Уақ», «Найман» и «Қоңырат» в том, что за Средним жузом следует оставить одно название «Жанарыс».

Собрание тайпа-аксакалов пришло к единому мнению: принятие решений о самоназвании племени целиком находится в компетенции курултаев (собраний) ру-аксакалов (старшин родовых общин). Поэтому не все казахские тайпы (крупные племенные объединения) начинают свою родословную именно с ноянов Чингисхана. К примеру, родословная племени «Арғын» начинается с тайпа-аксакала по имени «Дайыр-қожа», получившего сперва лакаб «Ақ-жол би» (Бий «Праведный путь»), а позднее – «Арғын би». Но это было только прозванием. На самом деле «Дайыр-қожа» являлся пятым по счету потомком Аргына. Сыном Аргына был «Ақ-қожа», внуком – «Болат-қожа», правнуком – «Қара-қожа», праправнуком – «Қодан-тайшы». Сыном «Қодан-тайшы» и был «Дайыр-қожа». «Шежіре» современных аргынов – это «древо» его прямых потомков по мужской линии. Если начинать отсчет со времен Чингисхана, то родословную аргынов следовало бы начать с Кадай-нояна. Поскольку Кадай-ноян приходился зятем Чингисхану, то его еще называли «Қадай-көреген» («Кадай – зять кагана»). Сына Кадая звали «Арғын», а внука – «Ақ-қожа». Оба они были ноянами хана «Құлағы» (Хулагу), внука Чингисхана по линии его младшего сына «Төле» (Тулуя). Правнук Аргына по имени «Қара-қожа», и праправнук «Қодан-тайшы» – оба были ноянами Тамерлана.

В «Сокровенном сказании» в списке 95 ноянов Чингисхана указаны и имена ноянов Коко, Коко-цос, Кете, Довун. На языке Майкы‑бия эти имена звучат, соответственно, как «Көке», «Көке-жас», «Кете» и «Табын». По преданиям Жазы‑бия, Чингисхан называл старшего брата своей Борте «Көке», а ее младшего брата – «Көке-жас». Оба они были сыновьями «Ұдай-шешена», которого при жизни прозвали «Кейінгі Қоңырат» в честь его десятого великого предка. Казахское племя «Қонырат» начинает свою родословную с седьмого по счету потомка «Ұдай-шешена», которого звали «Нағанай». Что касается ноянов «Кете» и «Табын», то их считают своими родоначальниками одноименные «ру» (родовые общины) Младшего жуза.

Вместо послесловия

Народ «Алаш» не забыл своих великих предков арийской, скифской, гуннской и тюркской эпох. Тысячи лет передаются из уст в уста, из поколения в поколение предания, кюи, дастаны об их истории и великих деяниях; тысячи лет в их честь называют степняки своих детей. Но свою родословную – «Шежіре» – казахи сохранили именно в том виде, которая соответствует заветам Чингисхана. В этом смысле эра Чингисхана у казахов до сих пор не прерывалась и продолжается. Это касается не только родов, начавших генеалогию с чингисхановских «арысовцев»-ноянов. Прямых чингизидов – «Төре» – среди казахов насчитывается почти полмиллиона человек, и многие из них прекрасно знают свою родословную, начиная от самого Чингисхана.

.

«Степная революция» Чингисхана привела к новой эре в этнологии и генеалогии всех народов Великой Степи. «Батюшка наш Чингисхан» – так именовали «Потрясателя Вселенной» основатели «Евразийской идеи» князь Трубецкой, академик Вернадский, историк‑философ Лев Гумилев. Не случайно все народы бывшего СССР испытывают друг к другу на подсознательном уровне некое приязненное взаимопонимание, исходящее из общности исторических судеб – то, что Л. Гумилев назвал «межэтнической комплиментарностью».

Но не только в этом заключается суть чингисхановской «новой эры» в истории народов евразийского суперэтноса, в частности – казахской нации. Революционный характер имели и реформы Чингисхана, произведенные им с помощью Майкы‑бия в лингвистике, философии, морали и праве кочевников Великой Степи. И не только кочевников: знаментитый чингисхановский принцип «убийство посла равносильно объявлению войны» стал нормой современного международного права. Новое звучание, новый смысл получили такие понятия, как «іс», «құт», «ар» и другие, бывшие в то время формальными, утратившими глубину смысла, осколками ностратических языков Турана, но возрожденные и обогатившие категориально-понятийный аппарат казахов благодаря Чингисхану и Майкы‑бию.

Был возрожден и экстраполирован с узкоплеменного на общенародный уровень древний императив: «Хан служит народу, народ подчиняется хану», означавший, что демократически избранный правитель посвящает всю свою жизнь делу служения народу, а народ, его избравший, обязан беспрекословно подиняться приказам, закону и порядку. При этом были диалектически «сняты» противоречия между властью ханов, властью родоплеменных старшин и властью биев (65), тем самым – заложены основы будущего государственного устройства казахской нации. И многое, многое другое… Но подробнее об этом – в следующей книге, во второй части «степной дилогии».

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.