Проблемы применения международных санкций

Главная » Рефераты на русском » Проблемы применения международных санкций

Применение международных санкций может порождать ряд проблем, затрагивающих суверенитет государств. Во-первых, применение международных санкций, игнорируя принцип равного подхода в отношении различных государств, может затрагивать суверенитет непосредственно государств объектов санкций. Во-вторых, применение санкций состоит в возможности нарушения суверенитета третьих стран, которые в действительности могут стать также объектом санкций. В-третьих, имеются случаи в международной практике, когда международные санкции дублируются контрмерами государств, что также проблематично, поскольку порождает отсутствие пропорциальности принимаемых мер в отношениии подвергаемого санкциям государства. Рассмотрим каждую проблему отдельно. Применение санкций на основе равенства? Меры, не предполагающие применения военных сил, представляют очевидный пример проблем применения санкций на основе равного подхода. Такие меры исходят из того, что страна, подвергнутая давлению санкций, будет вынуждена прекратить свое неправомерное поведение.

Но как подчеркивает П.-М. Мартен «очень редко возможно образовать единый фронт по применению санкций (…) Прежде всего некоторые государства, осуждающие поведение того, на кого направлена санкция, и голосуя за принятие санкций, не желали затем (по различным политическим причинам) чтобы они были эффективно осуществлены. Затем другие государства, несмотря на желание применить санкции, видят, что их экономические интересы могут сильно пострадать, например, принимая во внимание значительную часть их товарооборота с соответствующей страной» [1]. Надо упомянуть также наиболее очевидный неравный подход к ситуациям: например, политические обстоятельства, так когда в августе 1990 года Ирак захватил Кувейт, реакция международного общества была немедленной, потому что интересы большей части государств были затронуты там (нефтяные запасы, боязнь реализации Ираком возможностей массового уничтожения и т.д.). Когда тот же Ирак в сентябре 1980 года захватил Иран, никакая особенная реакция не последовала, поскольку Иран, управляемый в то время Аятолла Хомеини, казался опаснее чем Ирак для главных заинтересованных государств [1]. Жертвы «рикошета». Расчет уязвимости цели санкции необходимое условие при выборе санкции, приспособленной к конкретной ситуации. Например, очень строгая экономическая санкция против государства, находящегося в нестабильной экономической обстановке или, напротив, в обстановке, составляющей твердую основу сопротивления санкциям, не даст ожидаемых результатов.

С другой стороны, определение цели санкции может оказаться трудной задачей. Оценка рисков по отношению к элементам, имеющим меняющийся характер, такие как общественное мнение, поддается произволу ответственных лиц, принимающих решения, вследствие их оценки реальности. Не надо забывать, что международное общество состоит из государств, имеющих различное историческое, правовое и институциональное развитие. Это ведет к оценке положения в зависимости от случая и нет постоянного правила, применяемого систематично. Эта трудность оценки объясняет разницу между различными санкциями, даже если обстоятельства кажутся на первый взгляд схожими [2]. Некоторые юристы пытаются оправдать эту разницу оценки. Так например, мера сохранения мира, примененная в Боснии-Герцоговине, обосновывается тем, что речь шла изначальна о внутреннем конфликте. В то время, как вооруженное вмешательство НАТО в Косово оправдывалось угрозой нарушения мира и скреплено призывом к использованию статьи 5 Североатлантического договора, касающегося коллективной защиты.

Кроме того, вопрос определения мишени очень важен, чтобы сократить число «жертв санкций в результате рикошета». Санкции (главным образом экономические), вынесенные против государства, нарушившего международное право, могут иметь пагубные последствия по отношению к приграничным государствам или государствам, имеющим экономические отношения с государством-нарушителем. Чтобы устранить этот пробел, статья 50 Устава Организации Объединенных Наций предусмотрела процедуру ходатайства для государств «жертв рикошета»: право на помощь. В результате санкций, примененных против Ирака в 1990 и 1991 годах, в Совет по санкциям обратилось 21 государство. В декабре 1990 года и в марте 1991 года он принял решения, призывающие международное сообщество предоставить незамедлительно финансовую, материальную и техническую помощь обратившимся государствам [3]. Кроме того, адаптация санкции к целям и к данным конкретного случая стоит наиболее остро. Когда санкции не дают немедленных результатов, можно предвидеть их постепенное усиление. Но такая постепенная интенсификация санкций имеет последствия так же во внутреннем плане, как на региональном и даже международном уровне. Во внутреннем плане она преследует так называемую разубеждающую цель, чтобы помешать государству, на которое направлено взыскание, развить какоето сопротивление. На международном уровне взыскание может спровоцировать кроме того нанесение ущерба (боковой ущерб) на приграничные государства. Наконец, санкция должна преследовать ясные политические цели и предусматривать точные критерии для ее снятия. Санкции инструмент давления для осуществления политической цели, а именно, восстановления мира и международной безопасности. Таким образом, речь идет о давлении для изменения поведения государства.

Ущерб, которому подвергаются исполнители

Введение в действие санкций может спровоцировать экономические проблемы, даже реальный ущерб у государств, которые их применяют. Речь может идти о государствах соседях санкционируемого государства или государствах, оказавшихся в специальном экономическом отношении с санкционируемым государством. Это был случай Замбии и других пограничных государств по отношению к Родезии, Румынии, Болгарии и других государств, соседствующих с экс-Югославией [4], с Иорданией, с Египтом и с Турцией по отношению к Ираку [5]. Таким образом вопрос состоит в том, чтобы узнать в какой мере экономический ущерб, которому подвергнуты именно эти государства, может быть компенсированным и в каком качестве?

Согласно статье 50 Устава ООН: «Всякое другое государство, независимо от того, состоит ли оно Членом Организации, перед которым встанут специальные экономические проблемы, возникшие из проведения вышеупомянутых мер, имеет право консультироваться с Советом Безопасности на предмет разрешения таких проблем». Как следует из этой статьи, вопрос не касается условий возмещения ущерба и таким образом ответственности. Практика подтвердила, как это было в случае Родезии, что эта статья не может служить для государств, затронутых режимами санкций, освобождением от их обязательств, следуемых из резолюций Совета Безопасности. Еще в меньшей степени, к ней могут обратиться эти государства чтобы требовать компенсацию. Необходимо отметить в этом отношении, что Административный совет Компенсационной Комиссии по Ираку решил, что «эмбарго на торговлю и связанные с ней меры, так же как экономическая обстановка, которая из этого происходит, не будут рассматриваться как основание компенсации», даже если впоследствии этот принцип был смягчен индивидуальными решениями [6].

На уровне ООН вопрос был затронут Генеральным секретарем Бутросом Гали в «Дневнике мира» (1992) и в «Дополнении к Дневнику мира» (1995), где он рекомендовал, чтобы Совет Безопасности осуществил серию мер финансовой помощи, призывая к помощи финансовые учреждения системы Организаций Объединенных Наций. Он развивал идею, следуя которой затраты санкций должны были снова распределены между всеми государствами и не быть поддержанными некоторыми из них, соседями или экономическими партнерами государства-мишени. Однако компетентные финансовые учреждения не захотели взять обязательства в плане конкретной финансовой помощи, предназначенной для этой цели, но предпочли остаться в рамках обычного мандата поддержки стран, имеющих затруднения внешнего платежного баланса.

Контрмеры и международные санкции: возможно ли одновременное их использование? Учредительные договоры международных организаций предусматривают более или менее широкую передачу компетенции от государств к организации. Таким образом, страны-члены могут отказаться от возможности реагировать односторонне на неправомерные акты в пользу организации. В вопросе использования силы Устав Организации Объединенных Наций ясно запретил Государствам прибегать к ней односторонне и позволяет ее применение только при помощи органов Организации, а именно, Совета Безопасности в рамках главы VII. В деле дипломатического и консульского персонала США в Тегеране, судья Морозов, в своем особом мнении, присоединенном к решению Международного суда Правосудия, критиковал американские контрмеры за их унилатерализм. В то время как Совет Безопасности не принял санкции, запрошенные США.

Относительно контрмер доктрина не единогласна. Согласно профессору Аллан «важно не рассматривать исключительное право компетенции Совета Безопасности предписывать обязательные решения как лишение компетенции использовать контрмеры, которой располагают страны-члены в соответствии с общим международным правом» [7]. Согласно профессору Алибар, можно допустить, что «недостатки ООН являются причинами существования средств частного правосудия в международном сообществе». Согласно ему, статьи Устава ООН являются «неэффективными для обеспечения мирного урегулирования споров» и что создание Международного суда правосудия является «недостаточным решением, чтобы осуществлять судебное урегулирование споров». Алибар также констатирует, что резолюции, в частности, принятые в рамках статьи 41 Устава ООН, одновременно «неприменяемы и неэффективны» [8]. Таким образом, доктрина, по-видимому, связывает использование контрмер с общим нарушением работы международных организаций. Имеются случаи в международной практике, когда международные санкции дублируются контрмерами государств. Например, меры, принятые по отношению к Ливии на следующий день после покушения на город Локерби. Американцы наложили свои санкции вместе с санкциями ООН: резолюция 748 Совета Безопасности от 19 марта 1992 года установила воздушное эмбарго против Ливии, в то время как закон Амато-Кеннеди запрещает осуществлять новые значительные инвестиции в газовые и нефтяные секторы Ливии.

Ливийский пример не единственный. Так, кроме Ливии, Ирак, Гаити, экс-Югославия, Ангола/ Национальный Союз за полную независимость Анголы (UNITA), Руанда, Судан, Афганистан (талибы) и Иран были подвергнуты одновременно санкциям ООН и американским контрмерам. Бриджит Стерн отмечает по этому поводу, что «США рассматривают себя таким образом в качестве охранников международной законности, вместо государств, вовлеченных в преследование против их предприятий, которые не соблюли бы резолюций ООН» [9]. При этом США не являются единственным государством, которое прибегает к односторонним санкциям, в то время как параллельно применяются санкции ООН. Анализ «санкционных полномочий» [10] ООН показывает неэффективность резолюций, налагающих экономические санкции. Этот провал можно объяснить тем, что в международном правопорядке международные органы не располагают абсолютными полномочиями в вопросе санкций. Статья 41 Устава ООН поручает Совету Безопасности решать вопрос мер, которые нужно принимать в рамках главы VII. Статья 48 Устава ООН при этом указывает что «действия, которые требуются для выполнения решений Совета Безопасности в целях поддержания международного мира и безопасности, предпринимаются всеми Членами Организации». Можно ли интерпретировать статью 48 как предоставляющую государствам право вмешиваться согласно их собственной оценке, определяя уровень и масштаб вмешательства? Думаем, что нет. Не должно быть анархии при использовании контрмер. Эта статья предназначена дать некоторую свободу в соответствующем выборе мер, но они должны вписываться в рамки решений, принимаемых Советом Безопасности. Таким образом, современная международная действительность показывает, что применение санкций может повлечь затрагивание как суверенитета государств-объектов санкций, так и третьих государств. При этом в случае государств-объектов суверенитет государств может быть затронут через неравное применение санкций к различным государствам, а также несоответствие пропорциональности санкций неправомерному акту в случае проведения двойных мер и со стороны международной организации и со стороны отдельных государств. Эти нерешенные вопросы связаны как с объективными различиями в политической и экономической мощи государств, так и с отсутствием четких положений в уставе ООН.

Автор: А.К. ЖЕКЕЕВА

Загрузка...

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.