Реставрации мавзолея Ишратхана в Самарканде

Главная » Рефераты на русском » Реставрации мавзолея Ишратхана в Самарканде

Среди памятников эпохи Темуридов в Узбекистане особое место занимает изысканный по декоративному убранству мавзолей Ишратхана. Особую выразительность его облику придавал голубой купол, вознесенный на необычайно высоком, богато декорированном изящном барабане. Это один из немногих памятников Центральной Азии, окутанных тайнами его строительства, истинного назначения, спорами и многолетними дискуссиями ученых. В данном исследовании мы кратко представим историю изучения и сохранения памятника, а также проблемы его реставрации.
Почти столетняя (с середины XIX – по середину XX в.) история его изучения исчерпывающе представлена в монографическом сборнике «Ишратхана», выпущенном в 1958 г. под редакцией М.Е. Массона. Дальнейшую, полувековую историю изучения памятника в 1958–2010 гг. мы приведем по результатам собственного исследования, основанного на сборе, обобщении и анализе новых данных научных публикаций, а также архивных материалов, включающих проекты реставрации, исторические фото и чертежи по мавзолею Ишратхана.
Впервые памятник был упомянут в 1841 г. топографом А. Яковлевым как «строение времени Темурлянга» на составленном им плане города Самарканда с окрестностями [1], в 1869 г. О.А. Федченко свою зарисовку этого строения подписала, как «Ишратхана — развалины увеселительного дворца Темура [2]. В. В. Бартольд в 1894 г. записал предание, где Ишратхану связывали с несторианским памятником, который затем якобы был превращен в увеселительный дворец. В Г. А. Панкратьев в своем альбоме приводит фотографию Ишратханы 1895 года (рис. 1) с подписью “мавзолей на могиле бабушки Тамерлана”. В 1890-е гг. годы В.Л. Вяткин на основе сопоставления данных обнаруженного им вакфного документа 1464 г. и рукописи 1844-1848 гг. Абу Тахир Ходжи “Самария” пришел к выводу, что Ишратхана – это мавзолей темуридской царевны Сахиб-и-Давлет-беки, основанный ее матерью – султаншей Хабибой Султан-бекою.
В 1919 г. М. Е. Массон по следам позолоты восстановил тонкий художественный рисунок панели в зале мавзолея и в 1927 г. опубликовал об этом первую специально посвященную Ишратхане статью [6]. Памятник в 1920–1930-е годы рассматривался в ряде работ В.Л. Вяткина [7], Б.Н. Засыпкина [8] и Б.П. Денике [9] и др. Немецкий специалист по истории стилей Е. Кон Винер, считая, памятник развалинами дворца Темура, писал, что Ишратхана по своему историко-художественному значению не уступает Альгамбре, а в эстетическом отношении даже превосходит ее [10].
Несмотря на признания достоинств памятника, мер по его поддержанию не принималось, и с конца тридцатых годов отдельными лицами даже ставился вопрос о снятии его с учета, как пришедшего в состояние разру-шения.
В 1939 г. к 500-летию со дня рождения Алишера Навои, было принято решение о проведении дополнительного археолого-архитектурного изучения Ишратханы, как памятника искусства эпохи знаменитого узбекского поэта. Эти работы были начаты в 1939 г. Г. А. Пугаченковой (обмеры памятника) и в целом осуществлены в 1940 г. Узкомстарисом в под общим руководством М. Е. Массона, при участии архи-текторов Б.Н. Засыпкина, Г. А. Пугаченковой, фотографа Е А. Полякова и др.
Результаты своих исследований Г.А.Пугаченкова опубликовала в специальных работах в 1941 и 1945 гг., а также в 1957 г. – в книге о памятниках архитектуры Средней Азии эпохи Навои [11].
И наконец, в 1958 г. была выпущена коллективная монография «Мавзолей Иш-ратхана» под редакцией М.Е. Массона, где авторы отдельных разделов осветили: М. Е. Массон – вопросы названия, истории изучения и строительства памятника, историко-топографического прошлого района и др.; Г. А. Пугаченкова – подробную архитектурную характеристику мавзолея Ишратхана и его место в зодчестве Средней Азии и др.; Б.И. 3асыпкин – декоративно-художественные элементы здания, В.Л. Вяткин – представил перевод и анализ вакфного документа Ишратханы 1464 г.; В. Н. Кононов – анализ ткани савана из детского погребения в склепе мавзолея; С. А. Кудрина – анализ цветного стекла, вставленного в решетки – панджара Ишратханы. В книге были приведены исторические фотографии и великолепно выполненные Г.А. Пугаченковой обмерные чертежи (рис. 2) с частичной реконструкцией здания [12].
В последние полвека этот памятник прочно вошел в список шедевров архитектуры Узбекистана и многократно приводился как классический пример и один из лучших памятников мемориального зодчества в многочисленных фундаментальных научных трудах и научно-популярной литературе [13,14,15]. Благодаря этим работам, мавзолей Ишратхана занял определенное место в истории архитектуры Средней Азии.
В 1974 г. кандидат (в последующем доктор) архитектуры П.Ш. Захидов – видный исследователь, знаток местных строительных традиций и терминологии в своей статье «Мавзолей или дворец? (о кешке Дилкуша под Самаркандом)» высказал мнение, «что Ишратхана является все-таки загородным дворцом Темура «кешком Дилкуша» [16]. Начиная с этой статьи между двумя учеными завязалась многолетняя дискуссия, которая, по иронии судьбы, продлилась до 2010 г. в трудах, изданных вскоре после их смерти.
В ответ на гипотезу П.Захидова Г. Пугаченкова, отстаивая свою точку зрения ответила статьей «И все-таки мавзолей!» [17]. Тем не менее, в 1990-е гг. в серии работ посвященных архитектуре эпохи Темуридов, изданных на четырех языках П. Захидов [18] представил здание Ишратханы как лучший загородный дворец – кёшк Дилкушо, построенный под наблюдением Амира Темура в 1397 году.
Г.А. Пугаченкова в 1997 г. в тезисах доклада «О мавзолее Ишратхана и дворце Дилькуша» [19] и в 2000 г. в статье «Еще об Ишратхане» приводит ряд веских аргументов, подтверждающих назначение здания, как мавзолея.
В 2007 г. вскоре после ухода из жизни П.Ш. Захидова вышла его монография в двух книгах «Великий кёшк Дилкушо (архитектурные тайны Ишратханы)» [20], где он утверждает, что: изначально была определена неверная ориентация здания и отсюда многие ошибки в трактовке первоначальной функции, как самого здания, так и ряда его помещений; склеп под залом – это склад и комната отдыха – убежище от зноя в жаркие дни, а найденные в склепе захоронения не принадлежат темуридам, и являются поздними ( ХIХ– начала ХХ в.) погребениями неизвестных лиц и т.д.
Г.А.Пугаченкова не успела ознакомиться с этой монографией, так как ушла из жизни на полгода раньше своего оппонента, однако в ее книге «Архитектура эпохи Улугбека» [21], изданной в 2010 г. после ее ухода из жизни, было вновь приведено простое и убедительное объяснение, почему мавзолей получил название «Ишрат-хана» – дом радости. Это была последняя реплика в данной затянувшейся на более чем три десятка лет дискуссии двух маститых ученых. Вероятно, разобраться окончательно в истинном назначении этого памятника еще предстоит будущим исследователям.
Ишратхана традиционно трактуется как династический мавзолей женщин и детей из дома Темуридов второй половины XV в. Это двухэтажное прямоугольное в плане (23,3 x 28,2 м) здание с высоким входным порталом в центре главного фасада и куполом на высоком цилиндрическом ба-рабане – над центральным залом.
В плане выделяются три продольных оси, на которых размещены различные помещения (рис. 3). На центральной оси за входным порталом находится крестообразный в плане зал, по сторонам от него – мечеть и группа подсобных комнат на первом и во втором этажах. Под центральным залом размещен крупный восьмиугольный в плане (пролетом 8,4 м) склеп, куда можно спуститься по лестнице, устроенной в юго-восточной нише зала. На втором этаже почти полностью повторяется планировка первого этажа.
На фасадах на фоне шлифованного жженого кирпича как драгоценные украшения блистали ярко-синие вставки мозаики. Интерьеры были богато украшены сплошным декором и многообразными выразительными членениями сводов. В центральном зале и в других помещениях Ишратханы, были использованы прогрессивные на тот период конструкции перекрытий на четырех пересекающихся арках. В центральном зале панель украшали мозаичные облицовки с тонким растительным узором и надглазурной росписью золотом. Выше панели всю поверхность стен, арок и сводов покрывала роспись в технике «кундаль» с позолоченными рельефными деталями.
Ячейки в панджарах (решетках оконных проёмов) были заполнены цветным стеклом. Полы центрального зала и склепа были выложены мраморными плитами, в остальных помещениях – кирпичом.
В 1919 г. мавзолей Ишратхана был поставлен на учет Комиссией по охране памятников старины, в 1920 г. он был включен в список памятников, переданных в ведение созданного в 1921 г. Туркомстариса, реформированного позже в Средаз-комстарис, а с 1929 г. – в Узкомстарис [12, с.19].
В истории реставрации памятника можно выделить три этапа: конец 1930-х – 1970-е гг.; 1978–1991 гг.; 1991-2012 гг.
Первый этап. Первые предложения по частичной реконструкции Ишратха-ны были сделаны Г.А. Пугаченковой [22] в ее чертежах, выполненных на основе ее обмеров и исследований 1939-1940 гг. На основе сохранившегося фрагментарного материала она графически воссоздала: высоту, очертание, декор барабана и купол; схемы рухнувших перекрытий и др. В целом предложения Г.А. Пугаченковой по теоретической реконструкции памятника, отраженные в ее чертежах явились основой для всех последующих проектов реставрации и консервации (рис. 4).
В 1956 г. И.Е. Плетнев составил генеральную опись работ по консервации мавзолея [23]. В 1957 г. при ремонте памятника мастерами Самаркандской СНРПМ были частично укреплены его стены, восстановлены перемычки и выстилки пола [24]. В начале 1960-х гг. на Ишратхане были произведены небольшие ремонтные работы – укреплены конструкции галерей и некоторых арок, и др. [25].
В 1964 г. после ряда исследований Р. Фахрутдинов разработал новый «Проект консервации мавзолея Ишратхана» [26], который не был осуществлен в натуре. В 1972 г. В.Г. Сабиров выполнил фотогеодезические работы и вычертил топографический план района расположения Ишратханы [27].
На данном (первом) этапе вопрос о полноценной реставрации памятника не ставился, работы носили характер небольших ремонтов без конструктивного укрепления памятника, что способствовало улучшению его состояния, но не гарантировало его длительной сохранности. Поэтому назрела необходимость на втором этапе составить и осуществить проект реставрации мавзолея с укреплением его несущих конструкций.
Второй этап. В 1978 г. в Узбекской специальной научно-реставрационной проектной мастерской (УзСНРПМ) И.Е. Плетневым были выполнены предпроектные работы по мавзолею Ишратхана [28]. В них указан процент утрат первоначального облика памятника с учетом декора до 80%. Помимо капитальных укрепительных мероприятий, он предлагал осуществить полную реставрацию всех конструкций памятника, включая и наружный купол с барабаном.
В 1979 г. был создан Узбекский научно-исследовательский и проектно-изыскательский институт консервации и реставрации памятников культуры – УзНИПИИ, пришедший на смену бывшим органам реставрации УзСНРПМ. В 1982 г. в этом новом Институте под руководством архитектора А. Р. Акименко и конструктора Т. Ф. Вяльцевой был разработан «Эскизный проект реставрации мавзолея Ишратхана» [29].
В отличие от проекта И.Плетнева, А.Акименко предложил метод консервации здания с его частичной реставрацией, не предусматривающий восстановление внешнего высокого барабана и купола (рис. 5.). Предполагалось «восстановление свода большой портальной ниши и запортальных конструкций, перекрытия центрального зала, восстановление и реставрация перекрытий всех помещений 1 этажа, консервация планировки 2 этажа и др.» [29].
Экспертом по этому проекту выступала уже член-корреспондент АН РУз. Г.А. Пугаченкова, которая на пяти страницах написала блестящее по профессиональному уровню экспертное заключение, в целом одобряя представленный эскизный проект [30]. По сути эта не опубликованная ранее работа Г.А. Пугачен-ковой, представляет собой важный документ, выполненный известным ученым – знатоком данного сооружения, который скорректировал следующий этап разработки проекта.
В своей рецензии Г.А.Пугаченкова отмечает, что авторы проекта А.Акименко и Т.Вяльцева вдумчиво подошли к его разработке. В прежнем предпроектном задании, составленном И. Плетневым ее настораживал пункт о возведении наружного цилиндрического барабана с куполом, рухнувших при землетрясении 1903 г. и воссоздании всего 2-го этажа, что явилось бы, по ее справедливому мнению, «не только неоправданно дорогостоящими работами, но и нанесением на памятник новодела». Принятый А. Акименко принцип сохранения памятника с восстановлением лишь абсолютно достоверных недостающих частей и деталей, без возведения купола и барабана представлялся Г.Пугаченковой наиболее правомерным [30].
В том же 1982 г. под началом А.Р. Акименко с учетом замечаний эксперта был доработан “Эскизный проект реставрации мавзолея Ишратхана”[31], а в 1983 г. им же создан проект консервации мавзолея [32], в основу которого был положен принцип консервации с частичной реставрацией памятника с весьма умеренным введением новых материалов – бетона и железа, закрываемых впоследствии кирпичной облицовкой или декором. В 1984 г. он же составил архитектурно-реставрационное задание на разработку рабочего проекта музеефикации мавзолея Ишратхана и благоустройства территории вокруг памятника [33]. В 1987 г. году архитектор Р. Тух-таев выполнил предварительные работы по реставрации монументального декора (росписи и мозаика) мавзолея [34].
Третий период. С приобретением Независимости в Узбекистане (1991–2012 гг.) несколько изменились подходы к реставрационному делу. К сожалению, был упразднен Институт Реставрации и вместо него появились небольшие, преимущественно частные организации. Иногда для разработки проектов реставрации памятников за основу брали подготовленные прежде в УзНИПИ, но не осуществленные в натуре профессионально выполненные проекты предшественников. На основе этих документов проводилась корректировка предполагаемых в проекте и в натуре мероприятий по реставрации, ремонту, консервации памятника или благоустройства территории вокруг здания. При этом учитывались новые условия местности, изменения в состоянии памятника, приобретенные за истекшее время утраты и др. В связи с этим прежние проекты дорабатывали с учетом необходимых новых мероприятий.
Вероятно с этой целью, для составления будущего проекта реставрации мавзолея Ишратхана в 1995 г. И.Усманходжаевым была проведена корректура РП входного портала мавзолея и корректура архитектурно-археологического обмера Ишрат-ханы [35], а также И. Нуруллаевым – корректура РП конструктивного укрепления и консервации портала мавзолея [36].
В 1996 г. И. Тиллаевым был выполнен проект рабочей документации входного портала Ишратханы [37], а также рабочий проект первой очереди благоустройства территории мавзолея. Однако крупные мероприятия по реставрации и консервации памятника еще не осуществлены в полном объеме.
В 2007–2010 гг. профессионалами из Специализированного Института Реставрации памятников архитектуры г. Потсдама (руководитель проекта инженер Свен Валлаш), совместно с Главным Управлением по Охране и Использованию памятников архитектуры при Министерстве Культуры и Спорта Узбекистана были проведены мероприятия по сохранению и реставрации декора отдельных частей интерьера мавзолея Ишратхана. У официальных органов существуют замыслы о дальнейшей реставрации памятника.
В заключении, хотелось бы выразить свое пожелание и надежду на то, что реставрация столь значительного памятника архитектуры как мавзолей эпохи Темури-дов Ишратхана будет проведена по методу консервации с частичной реставрацией памятника, в рамках принятых международным сообществом профессиональных требований и стандартов, за которые ратовала первый исследователь-архитектор и эксперт проекта его реставрации академик АН РУз Г.А. Пугаченкова. Нынешним реставраторам следует помнить о непревзойденном значении памятника и придерживаться тактики бережной, взвешенной, неспешной и ювелирной реставрации, сохраняя донесенные до настоящего времени аромат старины и историческую достоверность этого выдающегося творения зодчества.

Загрузка...

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.