Стационарные жилища казахов на рубеже XIX–XX веков

Главная » Рефераты на русском » Стационарные жилища казахов на рубеже XIX–XX веков

Вопрос о степени распространения жилых постоянных построек на зимовках казахов остается малоизученным в казахстанской исторической науке. И этнографические,  и особенно археологические материалы опровергают установившееся в дореволюционной литературе мнение о том, что казахи начали сооружать постоянные дома только в XIX веке.  Вместе с тем,  недостаточно материала свидетельствующего о широком распространении постоянного жилища на зимовках казахов. В связи с этим данная проблематика требует пристального внимания и введения в научный оборот  комплекса этнографических данных  об  эволюции стационарного  жилища казахов на протяжении длительного времени.

У скотоводов Казахстана исторически развивались два основных типа поселений – временные и стационарные, которые имели функциональные варианты: собственно временные (кратковременные); временные сезонные; стационарные сезонные и стационарные оседлые (круглогодичные) [1, с. 153]. Основным  жилищем казахских скотоводов в течение многих веков было жилище кочевое, об этом свидетельствует и то, что его техническому совершенствованию, украшению уделялось много внимания. В. Рубрук делает описание вообще очень громоздких повозок: «Они делают подобные жилища настолько большими, что те имеют иногда тридцать фунтов в ширину… я вымерил однажды ширину между следами колес одной повозки в 20 фунтов, а когда дом был на повозке, он выдавался за колеса, по крайней мере, на пять фунтов с того и другого бока». Такие большие повозки тянули 22 быка /в два ряда/. Кочующие поселения с сотнями повозок идут по степи очень медленно «они едут так медленно, как ходит ягненок или бык», — пишет  В.  Рубрук    [2, с. 81].

Поселения казахов, перешедших к полуоседлому и оседлому образу жизни, состояли в основном из семей ближайших и дальних родственников.  Изучив  зимовки  и другие постоянные сооружения кочевников Акмолинской области  Шнэ В. пишет, что «с каждым годом в осевших хозяйствах усиливаются тенденции социального неравенства: аулы дифференцируются на богатые, среднего достатка и бедные по числу скопления в одном месте юртовладельцев со своим скотом. Таким образом, богатым аулом считается хозяйство процветающего феодала, бая, бия, его сыновей. Такой аул подразделяется на две части: поселение собственника и аул обслуги. Аул среднего достатка – это группа родственных семей, ведущих самостоятельно хозяйство, нередко привлекая  труд наемных рабочих.  Бедный аул объединял маломощные хозяйства, число домов в них было больше, чем в  двух предыдущих, но скота значительно меньше [3, с. 30].

.

В связи с сокращением пастбищной площади и повышением ценности зимних угодий, благодаря развитию там сенокошения и земледелия появилась необходимость закрепления владений зимовками за отдельными аулами или даже семьями. Одним из методов закрепления было устройство постоянных  построек — так называемых стационарных жилищ. Необходимость традиционной системы жизнеобеспечения привела  казахов к интенсивному развитию земледелия, различных видов промыслов, ремесел и вызвала к жизни появление первоначальных типов стационарных жилищ-землянок, полуземлянок и юртообразных построек из дерна и камня в качестве зимнего жилища. Сохранились названия таких стационарных жилищ  — «тоқалтам», «өлшек», «тіркеспе».

По археологическим данным для зимовок-поселений XV-XVIII вв. характерны мощные стены, за которыми насчитывается от трех до восьми дворов с хозяйственными постройками. Эти места проживания вместо старого названия «кыстау» (зимовка) стали называться «кыстак», что похоже на «тұрақ», указывающее  на постоянное местонахождение.   На землях вокруг них выращивали главным образом просо, ячмень, пшеницу. Обычно такое поселение было размером 50 x 100 м. и имело овальную или четырехугольную форму. Они были распространены в основном в Южном Казахстане, но встречались и в Центральном Казахстане. Позднее в XVIII-XIX вв. сельские поселения  не имели стен и рвов, они состояли из нескольких домов размером размером 20 x 30 м.  Жолдасбаев С.  указывает,  что в  поселении  обычно бывало от 5 до 15 домов [4, с. 48-49].

Известно, что во второй половине XVIII – первой половине XIX в.  казахи-скотоводы проводившие лето в северной половине Казахстана, в большинстве своем там же  на зиму не оставались. В холодное время года они откочевывали со скотом в южную часть, на Сырдарью, в Кызылкумы, Мойынкумы, на р. Чу, и т.д. Зимовали на севере лишь обедневшие,  лишившиеся  скота «егінші», которые строили зимние дома.  Несомненно, следует учесть огромное значение зимовок-кыстау в системе жизнеобеспечения и функционирования казахов. Суровые климатические условия Казахстана дают возможность заявить об их исключительности для жизнедеятельности  казахского этноса.

К числу первых оседлых жилищ следует отнести надземные сооружения, напоминающие по своим формам юрту. В Центральном, Южном и Северном Казахстане подобный дом называли «шошала», а на востоке Казахстана – «тошала» [8, с. 125-126].   Подробно описана «шошала» у В. Шнэ, которую он называет «чучала»: «Чучала служит киргизу, во-первых, кухней – посередине чучалы устанавливается казан. Во-вторых, чучала служит постоянным, и днем и ночью, местом пребывания бедняков-рабочих» [3, с. 12].

Как видим, шошала постепенно теряла свое первоначальное назначение и постепенно превратилось в подсобное помещение при зимовке. Из этого следует совершенно справедливое замечание Н. Харузина, что «с переходом к полуоседлости и заменой примитивного жилья более развитыми типами, старые формы не уничтожаются: они приноравливаются к хозяйственным нуждам и строятся наряду с более сложными жилыми строениями, вследствие чего, находясь на одном дворе, является возможность проследить историю жилища в главных моментах его развития. Так около культурной землянки богатого киргиза, стоит обращенная в жилище для рабочих или в хлев первобытная землянка, на половину углубленная в землю, без окон и с первобытным очагом; рядом с ней кош для гостей и рабочих, и тут же земляная юрта – чучала» [5, с. 71].

Землянку (полуземлянку) следует считать началом перехода к прямоугольным наземным постройкам. Полуземлянки сооружались на зимовках и были жилищами бедных слоев населения. Они представляли собой прямоугольную яму, глубиной немногим более метра. По краям ямы возводили стены на высоту 50-80 см, на 1/3 глубины ямы, закрывали плоской кровлей и засыпали землей. Для двери устраивали ступени или ровный спуск. Землянки и полуземлянки были популярны в стационарных «кыстау» — степной зоны Казахстана второй половины XIX века [1, с. 179].

Впоследствии всё более широко распространялось наземное жилище. Появление надземных четырехугольных зимних домов относится к 1840-1860 гг., а к 1880-1890 гг. почти все казахское население имело дома на зимовках. Вот какие сведения о маралдинских казахах Павлодарского уезда мы находим у Ф. Щербины: «Ещё 70-80 лет назад (если исходить из времени составления труда Ф. Щербины, то это примерно 1820-30-е гг. – Р. Е.) киргизы жили круглый год в юртах, потом начали делать землянки, на половину в земле, а затем уже научились делать дома из дерна, кирпича сырцового и бревен» [6, с. 90].

Наиболее активно оседлые поселения развивались в Павлодарском уезде. Как пишет Г.Е. Катанаев: «В некоторых районах русских поселений (особенно в Павлодарском уезде) можно сказать киргизов живет, или, правильнее сказать, зимует, больше, чем русских… есть местности, где зимовые постройки киргиз настолько прочны, что их можно считать за оседлые поселения в общепринятом смысле. Не более 15-20-30-ти лет стоянки эти представляли собой не более как гнезда юрт, в беспорядке разбросанных по казачьим землям то там, то здесь. Ныне зимовых юрт уже совсем не существует; повсюду (близ казачьих линий) они заменены более постоянными – землянками и деревянными избушками, сгруппированными местами как бы деревнями…» [1, с. 174].   Также Г.Е. Катанаев сообщает, что «в районе казачьих земель Павлодарского и Семипалатинского уездов, по обеим сторонам Иртыша живёт более или менее постоянно киргизов до 12 000 душ обоего пола» [7, с. 65]. Эти сведения относятся к концу XIX в., как и данные Ф. Щербины.

.

Казахи, перешедшие к оседлости, образовывали селения с уличной, но чаще линейной планировкой.   В конце XVIII – начале XIX вв. появляются деревянные дома. Для феодальной знати дома строились специально приглашенными русскими плотниками. Конечно, строительство деревянных домов не по средствам многим оседавшим, поэтому возводились и дерновые и саманные дома. Конструкцию дома (кладку дерновых и саманных стен, вставку окон, дверей, четырехугольную форму здания) позаимствовали у русских строителей. Постепенно, во второй половине XIX в. строят дома из двух и трех комнат, появляются печи с обогревателем, досчатый пол. В начале ХХ в. казахи постепенно перенимают планировку русских сел.

Кроме русских, на технику строительства казахов оказали влияние алтайские и минусинские народы тюркской группы, например, в сооружении пятиугольных бревенчатых домов в Восточном Казахстане. Заметно повлияли и уйгуры Семиречья. Можно обнаружить сходства жилищ у казахов и народов Средней Азии. В различных регионах Казахстана дома строили в зависимости от наличия природного материала (дерна, глины, леса)[5, с. 55].

Во второй половине XIX в. политика Российской империи привела к массовому изъятию значительного количества удобных земель из системы казахского землепользования. Вследствие сокращения кочевых путей казахи вынуждены были все более оседать на зимовках.   Следует согласиться с авторами монографии «Казахи», что «массовый переход кочевников (в XIX в.) к полуоседлому и оседлому образу жизни был вызван рядом причин и в первую очередь – изъятием земель огромных размеров в пользу колонизаторов (казаков, переселенцев, промышленников и т. д.). Нужны были новые формы ведения хозяйства. Для этого казахи развивали сенокошение для создания кормового запаса на зиму, и более интенсивное выращивание сельскохозяйственных культур. Вести такое хозяйство было немыслимо без полуоседлого и оседлого образа жизни. Нельзя не учитывать и того, что основная масса трудящихся со временем все больше понимала преимущество оседлых жилищ в зимнее время» [4, с. 123].

О роли сенокошения в становлении стационарных поселений у казахов упоминает и С. Ажигали  [1, с. 173].  Как известно, у казахов  постоянно с большей или меньшей периодичностью происходили джуты. Кочевники в таких условиях спасали скот переселением на дальние пастбища не тронутые гололедицей. Казахи начали заниматься массовым сенокошением вынуждено, в виду сокращения зимних пастбищ, отобранных казаками и переселенцами [2, с. 201-204; 18, с. 2-3].

Социально-экономическое развитие, различные географические условия, среда обитания влияли на возникновение и развитие оседлых жилищ. Первые постройки в Тургайской области появились, например, в 40-е гг. XIX в., в Семиречье и Сырдарьинской области – только в начале XX века. Но массовый переход к полуоседлости и связанное с ним строительство домов и возникновение поселений относится ко второй половине XIX века.

Эволюцию стационарных жилищ казахов на рубеже XIX – XX веков в монографии «Казахское общество: традиции и инновации» прослеживает казахстанский ученый Ж.О. Артыкбаев. Он  указывает на тот факт, что «…до XIX в. строительство стационарных сооружений на местах зимних зимовок происходит очень редко. Для XVIII в. характерна постоянная борьба за лучшее зимнее пастбище между крупными племенами» [9, с. 201]. Ж. Артыкбаев также замечает, что казахи перешли к массовому строительству постоянных зимних помещений для скота, начиная с середины XIX века, что явилось предзнаменованием для повсеместного строительства жилищ на зимовках [9, с. 205]. С данным обстоятельством соглашается этнограф М. Чорманов отмечавший что, «…в народных легендах сохранились воспоминания об ужасных драках и побоищах, происходивших за зимовки» [7, с 2-3].

Ажигали С.Е.  в монографии  «Традиционная система скотоводческого поселения казахов (в историческом развитии)»  указывает  на  строительство стационарных поселений на зимовках. Ажигали С.Е. считает причиной появления жилищ и стационарных поселений хозяйственную необходимость. Об этом он пишет следующее: «возникновение элементов стационарного поселения у кочевников было связано прежде всего с обустройством загонов для скота, которые несли на себе выраженные признаки трудозатрат данного хозяйственного аула – например, каменные загоны или ямы для молодняка, которые сверху покрывались камышом или хворостом. Эти, а также и другие явные признаки трудозатрат явились базой для дальнейшего стационарного обустройства зимовок» [2, с. 162]. Таким образом,  он предполагает, что на основной территории Казахстана предпосылки развития стационарных зимних поселений как масштабного явления,  сложились в основном к середине XIX века   и были, в первую очередь, связаны с обустройством зимних загонов, хлевов для скота. Конец XIX-начало XX веков характеризуется  началом появления домов зажиточного казаха, например, коржын уй, тас уй, тошала, дукен и мн.др. [10, с. 16].

.

Таким образом, можно сделать закономерный вывод, что казахские зимовки-кыстау являются важными объектами этноархеологических исследований. Опыт адаптации наших предков к условиям засушливых степей, пустынь и полупустынь прослеживается не только в организации хозяйства, в устройстве быта, но и в традициях строительной культуры, уходящих корнями в седую старину. Требуется скрупулезная дальнейшая работа по тщательному изучению зимовок-кыстау как этноархеологических комплексов[11, с. 162].

Проблема возникновения, истории и архитектуры постоянного жилища казахов всё ещё не изучена достаточно глубоко. Возникает настоятельная необходимость проследить эволюцию изменения того или иного типа казахского стационарного жилища. Также нужно подробно изучить архитектурное строительство ранних   жилищ, собрать фотоматериалы, особенно, по раннему и среднему средневековью, чтобы проследить последовательность изменения в архитектурном плане.                                                                  

Литература:

  1. Жолдасбаев С. Типы оседлых поселений казахов по данным археологических исследований Южного и Центрального Казахстана (XV-XIX вв.) // Прошлое Казахстана по археологическим источникам. – Алматы, 1976. – С. 46-58.
  2. Ажигали С.Е. Традиционная система скотоводческого поселения казахов (в историческом развитии) // в сб. «Этнографо-археологические комплексы: проблемы культуры и социума». – Новосибирск, «Наука», 2002. – С. 3-146.
  3. Шнэ В. Зимовка и другие постоянные сооружения кочевников Акмолинской области // Записки ЗСОРГО. 1894. Кн. 17. Вып. 2. – С. 21 – 44.
  4. Казахи (историко-этнографическое исследование). – Алматы, «Казахстан», 1995. – 352 с.
  5. Харузин Н. История развития жилища у кочевых и полукочевых тюркских и монгольских народностей России. Ч. II. Типы постоянных жилищ. // Этнографическое обозрение. Кн. XXIX. 1896, № 2-3.
  6. Майдар Д. Пюреев Д. От кочевой до мобильной архитектуры. – М, 1980
  7. Чорманов М. Зимовки или зимние кочевки // Семипалатинские областные ведомости. — — № 37.
  8. Материалы по киргизскому землепользованию, собранные и разработанные экспедицией по исследованию степных областей. Под ред. Ф. Щербины. Т.18. Павлодарский уезд. – Воронеж, 1902. – 383 с.
  9. Артыкбаев Ж.О. Казахское общество: традиции и инновации. – Астана, 2003. – 290 с.
  10. Мендіқұлов М. Қазақстан архитектурасы XIX ғасырдағы және XX ғасырдың бас кезіндегі сипаты жөніңде. – Қазақстан архитектурасы, Алматы 1959 ж. – 155 б.
  11. Востров В.В., Захарова И.В. Казахское народное жилище. – Алматы, «Наука», 1989. – 186 с.

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.