Одним из мощных направлений философии Просвещения XVIII столетия выступает так называемый французский материализм, который в нашей отечественной литературе получил название метафизического (антидиалектического), механистического. Этот материализм — вершина механицизма в философии, который возникает уже в английской философии XVII века и проходит красной нитью через философию Р. Декарта и Б. Спинозы.

Сущностными чертами французского материализма являются следующие: 1. Механицизм. Это связано с тем, что наиболее развитой наукой в это время становится механика и поэтому вес многообразие форм движения сводится к механическому движению — перемещению тел в пространстве. Отсюда, Ж. Ламетри понимает человека как машину, сердце которого уподобляется мотору, а нервная система — приводным ремням. 2. Метафизика, антидиалектика. Развитие понимается как чисто количественные или чисто качественные изменения. Источник развития переносится вне материального объекта и может выступать как Бог, Суперсубъект и т. д. 3. Непоследовательность. По выражению Ф. Энгельса этот материализм был материализмом наверху и идеализмом внизу. Наверху — в понимании природы, внизу — в понимании об­щества. Если они считали, что природа является первичной и облада­ет собственным движением, то в обществе миром правит мнение, зна­ние, разум. И всё социальное развитие определяется разумностью пра­вителя- Если во главе общества стоит просвещённый монарх, то такое общество будет процветать, если нет, то такое государство погибнет. 4. Понимание субъекта как человека, созерцательно, пассивно воспри­нимающего мир, что с точки зрения К. Маркса и Ф. Энгельса было большим минусом, а с точки зрения философии конца XX века — боль­шим плюсом. 5. Атеизм, отрицание Бога как творца Вселенной и чело­века. Философы Просвещения последовательны в критике религии. Так, П. Гольбах в «Карманном богословии», критикуя церковное уче­ние, католицизм и другие религиозные направления, пишет, что из-за религии произошло много трагедий, драм. 6. Детерминизм в понима­нии проблем общества и человека. Если средневековая философия про­блемы причинности решала исходя из провиденционализма, согласно которому ни один волосок не упадёт, если того не захочет Бог, то фран­цузский материализм признаёт существование необходимости, причин­ности, случайности. Случайность они определяли как явление, причи­на которого ещё не найдена и т. д. Это научный рационалистический подход. Таковы существенные черты французского материализма, ока­завшие заметное влияние на развитие всей последующей философии.

Основными представителями этой философии выступают Д. Дидро, Ж. Ламетри, К. Гельвеций, П. Гольбах и другие, которые уже пишут свои сочинения на национальном французском языке, что делает их понятными для третьего сословия. Они не только пишут трактаты, но и словари, энциклопедии, памфлеты, политические статьи и др. Во всех этих сочинениях научная мысль облекается в остроумную живую фор­му, к силе доказательства они присоединяют силу нравственного убеж­дения и публицистического гнева. Разумеется, этот материализм возни­кает не на голой основе, а на достижениях философской мысли XVII-XVIII веков, особенно в Англии. За яркими фигурами Ж. Ламетри, Д. Дидро, К, Гельвеция и П. Гольбаха стоят не менее яркие фигуры ан­глийских просветителей Толанда, Тиндаля, Шефстбери. Ещё более зна­чительным было влияние сенсуализма Д. Локка, который в своём со­чинении «Опыт о человеческом разумении» доказывал опытное происхождение знания, дал развёрнутую критику декартовского учения о врождённых идеях. Таким образом, французские материалисты продол­жили эмпиризм английских философов. Французским материалистам очень импонировала локковская идея о душе как чистой доске. Это даёт им возможность доказать, что совершенство человеческой лично­сти зависит от воспитания и политического устройства общества. Не менее важными источниками французского материализма были философия Р. Декарта, её механицизм, учение о природе и философия Б. Спинозы с его монизмом, его онтологией.

В отличие от философии XVII века французы опираются не только на механику, но и медицину, физиологию и биологию. В области социоло­гии и трактовки человека они также сделали шаг вперёд по сравнению с XVII веком. Если у Т. Гоббса стремление человека к самосохранению выводится из аналогии с механической инерцией физического тела, то у К. Гельвеция и П. Гольбаха интерес рассматривается как свойственный только человеку двигатель поведения.

Основу французского материализма составляют материалистичес­кое учение о природе и учение о человеке и обществе. Цени Дидро (1713-1784 гг.) — один из авторов первой французской «Энциклопедии», которая сыграла важную роль в развитии духовности, культуры тех времён, способствовала распространению просветительских идей прежде всего на евразийском континенте.

Онтологические проблемы он решаете позиции материалистичес­ких: «Я, физик и химик, который берёт тела такими, каковы они быва­ют в природе, а не в моей голове, — я вижу их жизнедеятельными во всём их разнообразии, одарёнными свойствами, способностью к действиям и подвижными во вселенной так же, как и в лаборатории, где искра в со­единении с тремя комбинированными молекулами селитры, угля и серы неизбежно вызывает взрыв». Материю он считал основой, субстан­цией всех природных процессов. Она обладает такими атрибутами (неотъемлемыми качествами), как движение, пространство и время. Благодаря движению материя активна, деятельна. «Тело, по мнению некоторых философов, не одарено само по себе ни действием, ни си­лой. Это — ужасное заблуждение, стоящее в прямом противоречии со всякой физикой, со всякой химией. Само по себе, по природе присущих ему свойств, тело полно действия и силы, будете ли вы раcсматривать его в молекулах или в массе, Чтобы представить себе движение, прибавляют они, — вне существующей материи, следует вообразить силу, действующую на неё. Это не так. Молекула, одарённая присущим ей свойством, сама по себе есть сила активная. Она воздействует на другую молекулу, которая в свою очередь воздействует на первую», -пишет Д. Дидро. Источник движения, как видим, находится в са­мой материи, а не привносится извне. Д. Дидро подчёркивает вечность и бесконечность природы, её объективный характер. С его именем свя­зывают переход французского материализма от механического детер­минизма к диалектике. Он подчёркивает изменяемость природы, цикл жизни и смерти, связь и взаимосвязь всех элементов природы и чело­века.

Д. Дидро считает, что вся материя обладает способностью ощу­щать, ощущением, чувствительностью. Это так называемый гилозоизм. Но в то же время он подчёркивает и отличие ощущений человека от ощущений животных, т. е. он признаёт существование независимо от че­ловека внешнего мира, а ощущения есть отражение свойств предметов этого мира. Как и Д. Локк, он говорит о первичных и вторичных ка­чествах, но в отличие от Д. Локка он все качества называет объектив­ными,

Д. Дидро внёс большой вклад в разработку теории познания как теории отражения. Человека он рассматривал как «некое целое, оно едино, и, может быть, это единство — в соединении с памятью — состав­ляют душу, Я, сознание» [40]. Гносеология Д. Дидро сенсуалистична: ис­точником всех знаний он признаёт чувства, «Мы располагаем тремя главными средствами исследования: наблюдением природы, размыш­лением и экспериментом. — пишет он. — Наблюдение собирает факты; размышление их комбинирует; опыт проверяет результат комбинаций. Необходимы прилежание для наблюдения природы, глубина для раз­мышления и точность для опыта» [41],

Человека он рассматривал как природное существо, которое форми­руется социальной средой. Поэтому он большое внимание уделял вос­питанию человека- Он одним из первых в философии Нового времени заговорил о взаимодействии человека и общества через воспитание, через влияние социальной среды на человека. Огромную роль в воспи­тании он отводил искусству, которое призвано заставлять нас любить добродетель и ненавидеть порок. «Каждое произведение ваяния или живописи должно выражать собою какое-либо великое правило жиз­ни, должно поучать, иначе оно будет немо» [42].

Д. Дидро терпимо относился к религии. В одном из писем филосо­фа к Вольтеру, датируемым 11 июня 1749 г., он пишет: «Я верю в БОГА, хотя живу в ладу с атеистами. Я заметил, что прелести порядка пленя­ют и их, несмотря на все их предубеждения, что они восторгаются кра­сотой и добром и что когда они обладают вкусом, то они не в состоя­нии ни вынести скверной книги, ни выслушать терпеливо скверного концерта, ни терпеть в своём кабинете скверной картины, ни совершить скверного поступка. С меня этого вполне достаточно! Они утвержда­ют, что всё происходит в силу необходимости. По их мнению, человек, оскорбляющий их, оскорбляет не более свободным образом, чем оскор­бляет их кирпич, падающий на голову с крыши: но они не смешивают этих причин и никогда не возмущаются кирпичом. Этот факт меня тоже успокаивает. Поэтому, если очень важно не смешивать цикуты с пет­рушкой, то совершенно не важно, верить или не верить в Бога: «Мир, — сказал Монтень, — это мяч, отданный на забаву философам», и почти то же самое я готов сказать о самом Боге» [43].

Следующим крупным представителем французского Просвещения является Ламетри, Жюльен Офре де Ламетри (1709-1751 гг.) — один из родоначальников французс­кого материализма, сторонник картезиан­ской философии. Основные его сочинения — «Естественная история души», «Человек-машина», «Человек-растение», «Система Эпикура».В этих и других сочинениях он обосновывает необходимость опытного ис­следования природных процессов.

В основе природных и духовных явле­ний лежит материальная субстанция. Ей присущи такие качества, как протяжённость и движение. «Материя со­держит в себе оживляющую её движущую силу, которая является непос­редственной причиной всех законов движения» [44]. Движение есть ат­рибут, коренное свойство материи. Мы помним, что Б. Спиноза в XVII веке движение называл модусом, некоренным свойством материи.

Ж. Ламетри уже чётко субстанцию определяет как материю, здесь на­лицо отказ от пантеизма. Он выступил против гилозоизма Б, Спинозы: «нам неизвестно обладает ли материя сама по себе непосредственной способностью чувствовать, или же только способностью приобретать её посредством модификаций или принимаемых ею форм, ибо несом­ненно, что эта способность обнаруживается только в организованных телах» [45]. Ж. Ламетри считал, что материи, кроме движения, прису­ща чувствительность, вся материя обладает свойством ощущения. С одной стороны, он подчёркивает одушевлённость материи, а с дру­гой — то, что ощущение имеет свой орган, своего носителя. Эта сторо­на французского материализма свидетельствует о том, что здесь ещё нет жёсткой партикулярности, партийности. Французы не отказываюся от идеи единства материального и духовного.

Гносеологические проблемы Ж. Ламетри решал с позиции сенсуа­лизма. Единственным источником познания он считал ощущения. «Чем более мы исследуем все интеллектуальные способности сами по себе, тем более мы приходим к твёрдому убеждению, — пишет он, — что они все заключаются в способности ощущать, от которой они зависят в такой степени, что без неё душа никогда не смогла бы выполнять ни одной из своих функций» [46].

Идеи французского материализма, из­ложенные в трудах Дени Дидро, Жюльена Офре де Ламетри, были развиты дальше Клодом Адрианом Гельвецием (1715-1771 гг.). Основными его философскими произведениями являются «Об уме», «О че­ловеке, его умственных способностях и его воспитании». Названия этих произведе­ний показывают, что основной проблемой философии К, Гельвеция выступают про­блемы человека, человеческих способнос­тей, которые, как и у Дени Дидро, рассмат­риваются как результат воздействия социальной среды на человека как биологического существа. Как справедливо отмечает К. Маркс, «у Гельве­ция, который тоже исходит из Локка, материализм получает собственно французский характер. Гельвеций тотчас же применяет его к обществен­ной жизни (Гельвеций, «О человеке»). Чувственные впечатления, себялюбие, наслаждение и правильно понятый личный интерес составляют основу всей морали- Природное равенство человеческих умственных способностей, единство успехов разума с успехами промышленности, природная доброта человека, всемогущество воспитания — вот главные моменты его системы». Он был основателем географического детерми­низма, показал, что природа и географическая среда влияют на форми­рование характера, настроения людей и на политику государства. Гель­веций К. А. подчёркивал, что «ни один человек не рождается добрым» и «ни один человек не рождается злым», люди рождаются не только «без идей», но также «без характеров и безразличные к нравственному добру и злу», т. е. что не только в интеллектуальном, но и в нравственном от­ношении «человек в колыбели — ничто, и его пороки, его добродетели, его искусственные страсти, его таланты, его предрассудки: и, наконец, даже чувство себялюбия — всё в нем благоприобретённое» [47]. Воспи­тателями каждого человека являются разнообразные факторы социаль­ной среды, которые включают в себя и случайные бесчисленные коли­чества событий, и людей, вступающих в контакт друг с другом, и фор­му правления. В историю философской мысли Гельвеций вошёл как убеждённый атеист, крупный моралист, гуманист.

Продолжателем философской линии Д. Дидро является Поль Анри Дитрих Гольбах (1723-1789 гг.)_? который в упорядоченном целостном виде представил концепцию природы. Основные его произведения —«Разоблачённое христианство», «Священная зараза», «Карманное бого­словие», «Система природы, или О законах мира физического и мира ду­ховного». В них он обобщил, систематизировал учение французского материализма, выступил с острой критикой религии. Он вносит боль­шой вклад в разработку атеистического мировоззрения.

С присущим ему остроумием он высмеивает церковь, религиозных служителей, которые фактически поклоняются не Богу, а золотому тельцу. «Религия, кажется, выдумана лишь для того, чтобы возвысить государей над их народами и предать последние во власть государям. — пишет П. Гольбах. — С тех пор, как народы почувствовали себя очень несчастными здесь, на земле, их принуждают к молчанию, угрожая гне­вом божиим; их взоры обращают к небу для того, чтобы помешать им увидеть истинные причины несчастий и применить для лечения этих бед те лекарства, которые даёт им природа» [48]. Безусловно, эти и другие мысли, изложенные в трудах П. Гольбаха, не остались незамеченными церковью, парижским парламентом, которые приговорили к публич­ному сожжению 18 августа 1770 года такие его произведения, как «Си­стему природы», являвшуюся философским кредо мыслителя, «Разоб­лачённое христианство», «Священную заразу» и др. Следует заметить, что в основном все французские философы-просветители подвергались гонениям со стороны церкви и государства.

П. Гольбах с материалистической пози­ции решал онтогносеологические проблемы. «Вселенная, это колоссальное соединение всего существующего, представляет нам повсюду лишь материю и движение; её со­вокупность раскрывает перед нами лишь необъятную и непрерывную цепь причин и следствий». Материя рассматривается мыслителем в качестве вещества, имеющего определённые физические свойства, она не сотворена Богом и является субстанцией мира. Одним из способов существования материи, её внутренним свойством он назы­вал движение, которое сводил к простому перемещению. Он утверж­дал, что нет материи без движения. П. Гольбах выделяет два вида дви­жения: 1). Движение масс, благодаря которому тела переносятся с одного места на другое; 2). Внутреннее и скрытое движение, зависящее от свойственной телу энергии, т. е. от сочетания действия и противодей­ствия молекул, из которых состоит это движение. Движение рассмат­ривается абсолютным, вечным свойством материи. Кроме этого, мате­рии принадлежат ещё протяжённость, вес, непроницаемость и другие свойства, качества. Итак, П. Гольбах считает, что материи свойствен­ны такие атрибуты: движение, чувствительность, протяжённость, вес, непроницаемость и ещё некоторые физические свойства.

Отсюда следует вывод, что французским материализм не смог пре­одолеть механицизма XVII века, он остаётся на этих же позициях. Проводимый французскими философами и учеными материализм приводит к признанию объективного характера законов природы, ко­торые они называют необходимостью, П. Гольбах говорит, что приро­да во всех своих явлениях поступает необходимо, согласно свойственной ей сущности. Он признаёт только необходимость и отрицает слу­чайность. П. Гольбах пишет, что в вихре пыли, поднятом бурным вет­ром, как бы он нам не казался хаотичным, нет ни одной молекулы пыли, которая расположена случайно, которая не имеет определённой причины, в силу которой она занимает именно то место, где она нахо­дится, Из теории всеобщего детерминизма (учения, признающего объек­тивный характер причины и необходимости) П. Гольбах отрицает по­рядок и беспорядок в природе. Они субъективны и являются оценкой конкретным человеком необходимой и объективной ситуации. В дей­ствительности порядка и беспорядка в природе не существует.

Гносеология французских философов вполне может быть названа материалистической и эмпирической, опытной. Знание человек получает из опыта и применяет его для достижения определённого могущества. Д. Дидро вслед за Ф. Бэконом считает, что условием возникновения знания является возбуждение души — ощущение, вызванное внешними факторами. Работа памяти, сохраняющая добытое знание, сводится к материальным органическим процессам и состояниям.

Методами познания выступают наблюдение и эксперимент. В отли­чие от рационализма XVII века, французские материалисты считают, что рациональное познание опирается на ощущения, т. е. они приходи­ли к выводу о единстве чувственного и рационального в познании. П. Ламетри обратил внимание на роль языка как знака, находящегося в единстве с мышлением, со словами. С установлением знаков, приуро­ченных к различным вещам, мозг начинает сравнивать эти знаки меж­ду собой и рассматривать отношения между ними. Все идеи человечес­кого ума обусловлены представлением слов и знаков. В то же время П. Ламетри подчёркивает, что всё происходящее в душе сводится к де­ятельности воображения. Типы одарённости людей определяются спо­собностью воображения.

Учение о человеке и обществе — новое слово, сказанное французс­кими материалистами. Безусловно, они продолжили традиции Т. Гоббса, Д. Локка, Ф. Вольтера и Ж. Ж. Руссо. Они были сторонниками те­ории естественного договора, рассматривавшей общество в качестве ре­зультата естественной, а не божественной природы. В основу развития общества и человека положен принцип личного интереса, который вы­ступает движущей силой социума и человека. Этот интерес может быть материальным или духовным. Частный интерес вырастает из общественного, и правильно понятый личный интерес ведёт к нравственно­сти. Само учение о нравственности должно быть основано на опыте. Как всякое живое существо, человек стремится к удовольствию. Он может выбрать наиболее необходимые для него условия, удовольствия. Поэтому устанавливаются правила поведения, понятия о действиях, ведущих к нравственности.

По сравнению с предшествующими философами, П. Гольбах и К. Гельвеций создали стройную теорию государства, в основу которой положен не социально-экономический фактор, как это в XIX веке бу­дет представлено в философии К, Маркса и Ф. Энгельса, а фактор со­циокультурный — нравственность, мудрость, разумность, умеренность и другое. Отсюда — важную роль будет играть человек, правитель, в ко­тором эти качества будут представлены в наибольшей степени. Это так называемый просвещённый монарх.

Большое внимание они уделяют форме правления, подчёркивая, что не существует такого образа правления, который вполне бы удовлет­ворял требованиям разума: чрезмерная власть ведёт к деспотизму, чрез­мерная свобода — к своеволию, при котором деспотом выступает каж­дый. Средством освобождения от указанных недостатков является про­свещение, воспитание. Именно воспитание, осуществляемое под руко­водством мудрого правительства, способно сформировать те качества, которые необходимы для процветания общества.

Французский материализм обратил внимание на роль внешнего фактора в развитии человека и общества — среда, климат, воспитатель­ное воздействие общества на человека, и меньшее внимание на роль внутренних факторов — сама личность, роль её свободы, её дух и душа.

В целом, философия XVIII века носила рационалистический харак­тер. Она подчёркивала разумность природы, Вселенной, человека и человеческого общества. Эта философия утверждала безграничные воз­можности человеческого разума, научного познания, что находит своё логическое завершение и развитие в философии ХIХ века.